Сергій Кабуд (kabud) wrote in ukr_nationalism,
Сергій Кабуд
kabud
ukr_nationalism

Category:

В схеме политический режима в России хуйло всего лиш клоун на веревочке, болван с дЫркой в жопе

http://www.vedomosti.ru/newspaper/articles/2015/03/15/verhovenstvo-prava-osnova-rezhima

На чем держится политический режим серийных убийц навязаный полумертвой России  :

Вертикаль власти и в мирные времена не особенно прочная, сейчас ведет себя как лента Мебиуса ;)

Действительно ли политический режим в России держится на одном человеке?

Являются ли волнения и гадания по поводу временного отсутствия первого лица доказательством того, что без него все немедленно развалится?

Или, наоборот, сперва система начинает если не разваливаться, то проседать, а уже потом сочетание новостей и их отсутствия, прошедшее почти незамеченным два с половиной года назад (см. график публичных встреч президента на vedomosti.ru – предыдущая низшая точка в частоте медиапоявлений Путина была в ноябре 2012 г.), вызывает почти что массовую панику?

Персоналистские режимы из всех видов автократий наименее склонны к передаче власти мирным путем, чаще этот процесс проходит с насилием, внешним вмешательством или в связи со смертью лидера (за которой также следует период насилия). Личные диктатуры держатся долго и уходят с кровью, оставляя за собой политические руины. Как ни странно, по статистике, учитывающей авторитарные режимы с 1946 по 1999 г., самые сговорчивые из диктатур – военные (хунты). Их правление длится в среднем меньше, чем у персоналистских режимов, они гораздо чаще отдают власть в результате переговоров или соглашаются передать ее победителю на выборах (см. Barbara Geddes. Authoritarian Breakdown: Empirical Test of a Game Theoretic Argument, 1999). Как известно, военные меньше всего любят воевать – максимальной кровожадностью отличаются штабные теоретики и самопровозглашенные патриоты из гуманитариев.

К добру или к худу, но в России по причинам, заложенным еще в послевоенную эпоху,

армия НЕ является политическим субъектом.


Спецслужбы и правоохранительные органы являются,
а армия нет :
так было все позднесоветское время, так остается и сейчас (вспомним неучастие вооруженных сил в событиях 1991 и 1993 гг.).

Поэтому военный переворот ихнему режиму ни в какой форме не грозит.

В России власть принадлежит бюрократии –

гражданской, силовой и экономической,

представляющей

-госкорпорации
и
-национализированные сырьевые предприятия:

по сути -

министерства газа, нефти и цветных металлов
.

в политической системе, доставшейся нам от советской власти,
правящим классом является госноменклатура.

За последние 15 лет преимущественные позиции во всех трех ее сферах (гражданской, силовой, экономической) заняли представители спецслужб, правоохранительных и правоприменительных органов.

Это противоречит второму по популярности после

«все держится на одном человеке»

мифу о "политическом" устройстве России:

«После Путина к власти придут более радикальные силовики».


Малопонятно, откуда они придут, если

они уже находятся у власти и собираются дальше пребывать там же вне зависимости от чьего бы то ни было индивидуального настроения и состояния здоровья.

если хуйло сдохнет - ничего не поменяется.


Образ «первого европейца», с трудом сдерживающего напор свирепых опричников, –

наиболее эффектный и наименее обоснованный из пропагандистских фантомов.

Он рассчитан на образованную городскую публику и спекулирует на

ее природном историческом пессимизме, очень понятном в России
и
незнании бюрократических реалий.

Чем на самом деле доволен и чем недоволен наш правящий класс в своем сегодняшнем положении?

От ответа на этот вопрос стабильность режима зависит гораздо в большей степени, чем от загадочных медико-психологических факторов (состояние туши хуйла) , о которых все равно никто не имеет внятного представления.


Что пидарасам нравится:

антизападная, и в особенности антиамериканская, риторика. У власти сейчас советское поколение 50-летних и старше пидарасов, для них «противостояние с Западом» – привычный и комфортный модус.

Америка лучше Европы в качестве объекта противостояния, поскольку она НЕ является ихним преимущественным торговым партнером.

«Америка» публичного политического дискурса – во многом умозрительная конструкция, поэтому воинственные разговоры о ней НЕ грозят ничем;

отмена под предлогом вышеупомянутого противостояния и общей чрезвычайщины любых модернизаций и реформ, нарушающих привычное существование. Не до того сейчас, надо угрозы отражать;

– возможность использовать риторику о борьбе с внешними и порожденными ими внутренними врагами в межведомственной и аппаратной борьбе, заменяющей в России политическую конкуренцию;

– перспектива раздачи верным людям накопленных в сытые годы средств резервных фондов;

– бесконтрольный поток средств, идущих на разнообразные нужды украинского конфликта.

Что не нравится:

нестабильность. Общее ощущение тревоги, неуверенность в завтрашнем дне. Чувство, что насилие стало более позволительным, в том числе в выяснении отношений между своими. Хорошо, если этот ресурс применяешь ты, – а если против тебя?

– появление новых акторов, претендующих на применение силового ресурса: мало того, что зашатался заключенный еще после смерти Сталина внутриэлитный договор «своих не убивать», так еще и объявились желающие быть операторами этих разрешенных убийств;

удешевление накопленного: активы, нажитые в благополучные нефтяные годы, вдруг стали стоить меньше, если только они не иностранные;

– предчувствие снижения доходов: потеря веры в грядущую дорогую нефть;

практический изоляционизм: усложнение доступа к зарубежным активам, прямая невозможность выезда для себя и для семьи.

Характерно, что для ответа на действительно важные вопросы никогда не нужно обладать тайной инсайдерской информацией – достаточно открытых источников. Так, развернутое изложение вышеописанного бюрократического консенсуса можно увидеть, например, в программной статье Евгения Примакова, опубликованной в январе в «Российской газете». Поскольку номенклатура и есть та субстанция, из которой изготовлена вертикаль власти (и в мирные времена не особенно прочная, а сейчас на глазах искривляющаяся, как лента Мебиуса), то существование режима и динамика его трансформации будет зависеть от субъективно понимаемого ею баланса между выгодами и невыгодами нынешнего положения вещей.

Автор – политолог, доцент Института общественных наук РАНХиГС

Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments